Ответ:

Я перебирал карандаши: синий, красный, простой и огрызок зелёного. Ах, какие цветные японские мелки видел я на базаре, когда ходил с мамой менять губную гармошку на галеты! Но просил за них дядька столько денег, что нам и не снилось.

Я вдохнул и взял синий карандаш. Набросал запрокинутые под ветром гребни волн. Дал им оттенки синего. Вот острый нос врезался в волны, округлая корма, труба с дымком и две мачты. Зелёным карандашом подрисовал вдали островок. На небе оставил белые пышные тучи. И ещё взмахами простого карандаша разбросал человек в разных наклонах. Всё — из ума, ничего — с натуры.

Я позвал ребят и показал им картину. «Вот здорово!» — сказали они.

И Юрику понравилось. Он стал расспрашивать меня о белом пароходе.

Я наплёл ему, что этот пароход заплывает и в Японское море. На нём живут загорелые ребятишки. Пароход такой огромный, что на нём цветут сады, плещутся озёра с золотыми рыбками. Ребятишки бегают в садах, плавают в озёрах, едят галеты с компотом.

«Гера, я хочу на этот пароход», — сказал Юрик и вцепился в мою руку.

«Выздоравливай, — ответил я и подмигнул ему, — тогда дело будет в шляпе».

В некоторых местах печатный текст на фотографии не вполне чёткий; восстановлены наиболее вероятные по контексту слова и фразы.