Ответ:

От лица джентри: Огораживания дают мне возможность увеличить доходы: овцеводство приносит прибыль, особенно при росте цен на шерсть и её экспорта. Я поддерживаю эту политику, хотя понимаю, что из-за неё крестьяне теряют землю и средства к существованию.

От лица фермера-арендатора: Огораживания угрожают моему положению: если земли, которые я обрабатываю, превратят в пастбища, я могу лишиться аренды и дохода. Рост цен на шерсть выгоден владельцам овец, но не обязательно мне; я выступил бы против лишения арендаторов земли и добивался бы защиты своих прав.

От лица бывшего крестьянина, ставшего бродягой: Огораживания лишили меня земли и возможности прокормить семью. Рост экспорта шерсти не помогает мне, поскольку у меня нет ни земли, ни доли в торговле. Я выступил бы против огораживаний и искал бы работу, но безуспешные поиски могли бы оставить меня в крайней бедности.

Наибольшую экономическую выгоду получали землевладельцы, включая джентри и лендлордов, а также связанные с торговлей шерстью предприниматели. Наиболее уязвимыми становились обезземеленные крестьяне; арендаторы тоже подвергались риску потерять землю и доход.