Ответ:
📍Тапни предложение — включится подсветка для легкого переноса текста в тетрадь.
- Я однажды сказал, что если бы она знала, сколько у меня врагов.
- Лизавета Ивановна тихо спросила, кого он хочет представить.
- Вошедший быстро спросил, у себя ли доктор.
- Говоря о торфе, она сказала Игнатичу, что теперь уже зуб наложила и знает, где брать, а местечко — одно загляденье.
- Бирюк велел девочке посветить барину.
- Давыдов резко сказал Устину, что кур по осени будут считать, а выработку — ежедневно. Он велел ему зарубить себе на носу, что в колхозе не будут терпеть бездельников и что дармоеды им не нужны. Давыдов предложил Устину подумать, куда тот идёт и куда заворачивает, и добавил, что у Острова почти двести трудодней, у остальных в их бригаде — больше ста, даже у таких больных, как Нечаев, около сотни, а у Устина — двадцать девять. По словам Давыдова, это позор.
- Я однажды сказал, что если бы она знала, сколько у меня врагов.
- Лизавета Ивановна тихо спросила, кого он хочет представить.
- Вошедший быстро спросил, у себя ли доктор.
- Говоря о торфе, она сказала Игнатичу, что теперь уже зуб наложила и знает, где брать, а местечко — одно загляденье.
- Бирюк велел девочке посветить барину.
- Давыдов резко сказал Устину, что кур по осени будут считать, а выработку — ежедневно. Он велел ему зарубить себе на носу, что в колхозе не будут терпеть бездельников и что дармоеды им не нужны. Давыдов предложил Устину подумать, куда тот идёт и куда заворачивает, и добавил, что у Острова почти двести трудодней, у остальных в их бригаде — больше ста, даже у таких больных, как Нечаев, около сотни, а у Устина — двадцать девять. По словам Давыдова, это позор.
