Ответ:
Ожидание боя передано через долгое отступление и нетерпение солдат: «Мы долго молча отступали, / Досадно было, боя ждали». Старики возмущаются бездействием и спрашивают: «Что ж мы? на зимние квартиры?»
Когда русские останавливаются, они готовятся к сражению: «Построили редут»; «У наших ушки на макушке!» Солдат заряжает пушку и думает: «Угощу я друга!» Настрой воинов выражен в словах: «Уж мы пойдем ломить стеною, / Уж постоим мы головою / За родину свою!»
Русские молча ждут и готовятся, тогда как французский лагерь ликует: «И слышно было до рассвета, / Как ликовал француз». Контраст создаёт тревожное предчувствие столкновения: ликование противника сменится тяжёлым боем, а сдержанность русских подчёркивает их собранность и решимость.
Ожидание боя передано через долгое отступление и нетерпение солдат: «Мы долго молча отступали, / Досадно было, боя ждали». Старики возмущаются бездействием и спрашивают: «Что ж мы? на зимние квартиры?»
Когда русские останавливаются, они готовятся к сражению: «Построили редут»; «У наших ушки на макушке!» Солдат заряжает пушку и думает: «Угощу я друга!» Настрой воинов выражен в словах: «Уж мы пойдем ломить стеною, / Уж постоим мы головою / За родину свою!»
Русские молча ждут и готовятся, тогда как французский лагерь ликует: «И слышно было до рассвета, / Как ликовал француз». Контраст создаёт тревожное предчувствие столкновения: ликование противника сменится тяжёлым боем, а сдержанность русских подчёркивает их собранность и решимость.
