Из-за острого чувства несправедливости крепостничества и резкого
социального неравенства, для которого либеральные проекты казались
слишком медленными. На университетах и в салонах активно читали переводы
Сен-Симона, Фурье, Оуэна, позже Маркса — европейская литература давала
готовый язык критики. Цензурные запреты и отсутствие политических прав
толкали интеллигенцию к «социальному идеалу» как к моральной
альтернативе самодержавию. Крестьянская община с её уравнительными
практиками воспринималась как «прототип» справедливого строя.
Нарастающие бедность и бесправие рабочих и крестьян, разочарование в
способности власти к реформам и «служение народу» как этическая норма
образованного сословия сделали социалистические идеи привлекательными и
влиятельными.