Ответ:
Для сравнения можно взять переводы сонета 66 Бориса Пастернака и Самуила Маршака. Оба передают главную мысль Шекспира: лирический герой устал от несправедливого мира, но любовь не позволяет ему расстаться с жизнью.
У Пастернака стихотворение начинается словами «Измучась всем, я умереть хочу». Его перевод звучит как личная, эмоциональная исповедь. Резкие противопоставления бедности и богатства, добродетели и порока создают ощущение горького протеста. У Маршака начало иное: «Зову я смерть. Мне видеть невтерпёж…». Его версия более сдержанная и отчётливая по интонации; перечисление общественных несправедливостей звучит как последовательное обвинение миру.
Переводы различаются выбором слов и построением строк: переводчики по-разному передают отдельные образы и ритм оригинала, стараясь сохранить его сонетную форму и движение мысли к заключительным строкам о любви. Поэтому один и тот же мотив у Пастернака может звучать более исповедально, а у Маршака — более строго и рассудительно.
Мне больше нравится перевод Пастернака: его начало сразу передаёт сильную усталость героя, а эмоциональные противопоставления делают переживание особенно близким и понятным. Это личное читательское впечатление; его можно изменить после сопоставления полного текста обоих переводов.
Для сравнения можно взять переводы сонета 66 Бориса Пастернака и Самуила Маршака. Оба передают главную мысль Шекспира: лирический герой устал от несправедливого мира, но любовь не позволяет ему расстаться с жизнью.
У Пастернака стихотворение начинается словами «Измучась всем, я умереть хочу». Его перевод звучит как личная, эмоциональная исповедь. Резкие противопоставления бедности и богатства, добродетели и порока создают ощущение горького протеста. У Маршака начало иное: «Зову я смерть. Мне видеть невтерпёж…». Его версия более сдержанная и отчётливая по интонации; перечисление общественных несправедливостей звучит как последовательное обвинение миру.
Переводы различаются выбором слов и построением строк: переводчики по-разному передают отдельные образы и ритм оригинала, стараясь сохранить его сонетную форму и движение мысли к заключительным строкам о любви. Поэтому один и тот же мотив у Пастернака может звучать более исповедально, а у Маршака — более строго и рассудительно.
Мне больше нравится перевод Пастернака: его начало сразу передаёт сильную усталость героя, а эмоциональные противопоставления делают переживание особенно близким и понятным. Это личное читательское впечатление; его можно изменить после сопоставления полного текста обоих переводов.
