Ответ:
Мать: Доченька, почему ты сидишь одна и так печально смотришь в окно?
Дочь: Матушка, мне тревожно. Не знаю, как поступить дальше.
Мать: Не мучь себя догадками. Расскажи мне всё, что тебя тревожит.
Дочь: Я боюсь, что вы не поймёте меня и не одобрите моего решения.
Мать: Я могу не сразу согласиться, но никогда не перестану быть твоей матерью.
Дочь: Значит, вы не сердитесь?
Мать: Я тревожусь за тебя. Но хочу, чтобы ты сама сделала правильный выбор.
Дочь: Спасибо, матушка. Теперь мне легче.
Вопросы дочери следует произносить с восходящей, тревожной интонацией, а ответы матери — спокойнее и мягче, с постепенным усилением сочувствия.
Мать: Доченька, почему ты сидишь одна и так печально смотришь в окно?
Дочь: Матушка, мне тревожно. Не знаю, как поступить дальше.
Мать: Не мучь себя догадками. Расскажи мне всё, что тебя тревожит.
Дочь: Я боюсь, что вы не поймёте меня и не одобрите моего решения.
Мать: Я могу не сразу согласиться, но никогда не перестану быть твоей матерью.
Дочь: Значит, вы не сердитесь?
Мать: Я тревожусь за тебя. Но хочу, чтобы ты сама сделала правильный выбор.
Дочь: Спасибо, матушка. Теперь мне легче.
Вопросы дочери следует произносить с восходящей, тревожной интонацией, а ответы матери — спокойнее и мягче, с постепенным усилением сочувствия.
