Ответ:
Владимир Андреевич приближался к той станции, с которой должен он был своротить на Кистеневку4. Сердце его исполнено было печальных предчувствий; он боялся уже (не) застать отца в живых; он воображал грустный образ жизни, ожидающий его1 в деревне: глушь3, безлюдие, бедность и хлопоты по делам, в коих он (не) знал никакого толку. Приехав на станцию, он вошел к смотрителю и спросил вольных лошадей. Смотритель осведомился, куда надобно было ему ехать, и объявил, что лошади, присланные из Кистеневки, ожидали его уже четвертые сутки. Вскоре явился к Владимиру Андреевичу старый кучер Антон, некогда водивший его по конюшне и смотревший за его маленькой лошадкою. Антон прослезился3, увидя его, поклонился ему до земли, сказал ему, что старый его барин еще жив, и побежал запрягать лошадей. Владимир Андреевич отказался от предлагаемого завтрака и спешил отправиться. Антон повез его проселочными дорогами — и между ими завязался разговор.
Владимир Андреевич приближался к той станции, с которой должен он был своротить на Кистеневку4. Сердце его исполнено было печальных предчувствий; он боялся уже (не) застать отца в живых; он воображал грустный образ жизни, ожидающий его1 в деревне: глушь3, безлюдие, бедность и хлопоты по делам, в коих он (не) знал никакого толку. Приехав на станцию, он вошел к смотрителю и спросил вольных лошадей. Смотритель осведомился, куда надобно было ему ехать, и объявил, что лошади, присланные из Кистеневки, ожидали его уже четвертые сутки. Вскоре явился к Владимиру Андреевичу старый кучер Антон, некогда водивший его по конюшне и смотревший за его маленькой лошадкою. Антон прослезился3, увидя его, поклонился ему до земли, сказал ему, что старый его барин еще жив, и побежал запрягать лошадей. Владимир Андреевич отказался от предлагаемого завтрака и спешил отправиться. Антон повез его проселочными дорогами — и между ими завязался разговор.
