Господин из Сан-Франциско, имени его никто не запомнил, ехал в Старый Свет на целых два года с женой и дочерью, единственно ради развлечения.
Он был твёрдо уверен, что имеет полное право на отдых, на удовольствия, на путешествие во всех отношениях отличное. Для такой уверенности у него был тот довод, что, во-первых, он был богат, а, во-вторых, только что приступал к жизни, несмотря на свои пятьдесят восемь лет. До этой поры он не жил, а лишь существовал, правда, очень недурно, но всё возлагая все надежды на будущее. Он работал не покладая рук, и, наконец, увидел, что сделано уже много, что он почти сравнялся с теми, кого некогда взял себе за образец, и решил передохнуть. Люди, к которым принадлежал он, имели обычай начинать наслаждение жизнью с поездки в Европу, в Индию, в Египет. Положил и он поступать так же. Конечно, он хотел вознаградить за годы труда прежде всего себя; однако рад был и за жену с дочерью.
Маршрут был выработан господином из Сан-Франциско обширный. В декабре и январе он надеялся наслаждаться солнцем Южной Италии, начало марта он хотел посвятить Флоренции; входили в его планы и Венеция, и Париж, и бой быков в Севилье, и купанье на английских островах, и Афины, и Константинополь, и Палестина, и Египет, и даже Япония - разумеется, уже на обратном пути... И всё пошло сперва прекрасно... (И. Бунин)