Текст

Текст

(27) Корин отстал. (28) Прошло, наверное, часа три или больше. (29) Налетел ветер, лес нахмурился и навис над нами, втайне живой, но ещё молчащий.

(30) Отец решил идти вперёд: в лесу без спичек с ребёнком делать нечего, а назад, поди, уже добрые шесть часов ходу.

(31) Холод клокотал уже в груди. (32) Отец наклонялся ко мне и грел своими руками, грудью, дыханием.

(33) Ещё несколько часов мы двигались почти беззвучно, я старался не смотреть на возвышавшийся с обеих сторон лес, чтобы не встретиться с кем-нибудь глазами. (34) Мне было холодно и страшно.

— (35) Посмотри-ка, вон видишь впереди огонёк? (36) И похоже это на окошко, — сказал отец.

(37) Я вцепился в этот огонёк глазами, как в поплавок. (38) Может, только через полчаса огонёк стал явственно различим. (39) Он был впаян в чёрный дом, стоявший на высоком берегу. (40) Впервые за шесть или семь часов мы вышли на берег. (41) Берег был остро-каменистый, идти по нему я не мог. (42) Отец взял меня на руки и тихо пошёл вверх.

(43) Хозяином избы оказался дед, поначалу смотревший на нас с опаской.

(44) Трудно в ночи довериться двум почти голым людям: мальчику, по груди и плечам которого была ровно размазана кровавая кашка из комарья и мошкары, и огромному мужчине.

— (45) Спускались к старым монастырям, думали, что по воде столько же, сколько по суху, — и не успели засветло, — пояснил отец.

(46) Вы из Истцов? — догадался хозяин. — (47) Здесь река петляет так, что по воде до монастырей будет пять пеших дорог. (48) Заходите. (49) Куда ж вам с ребёнком!

(50) Меня уложили в кровать, отец закутал меня в одеяло. (51) В кровати было почти хорошо, мирно, сладостно. (52) Я всё ждал, что отец ляжет рядом и мир, отсыревший, чужой и шероховатый, как кора, наконец, исчезнет вовсе, а на смену придёт мир сонный и тёплый. (53) Рядом с папой никакие беды были не страшны.