"Теперь свершить бы всё, — он на молитве; И я свершу; и он взойдет на небо; И я отмщен. Здесь требуется взвесить: Отец мой гибнет от руки злодея, И этого злодея сам я шлю На небо. Ведь это же награда, а не месть!" — Акт 3, сцена 4
"Быть или не быть — таков вопрос; Что благородней духом — покоряться Пращам и стрелам яростной судьбы Иль, ополчась на море смут, сразить их Противоборством? Умереть, уснуть — И только; и сказать, что сном кончаешь Тоску и тысячу природных мук, Наследье плоти, — как такой развязки Не жаждать? Умереть, уснуть. — Уснуть!" — Акт 3, сцена 1
"Взгляните, вот портрет, и вот другой, Искусные подобия двух братьев. Как несравненна прелесть этих черт; Чело Зевеса; кудри Аполлона; Взор, как у Марса, — властная гроза; Осанкою — то сам гонец Меркурий На небом лобызаемой скале; Поистине такое сочетанье, Где каждый бог вдавил свою печать, Чтоб дать вселенной образ человека". — Акт 2, сцена 2
"Вот видите, что за негодную вещь вы из меня делаете? На мне вы готовы играть; вам кажется, что мои лады вы знаете; вы хотели бы исторгнуть сердце моей тайны; вы хотели бы испытать от самой низкой моей ноты до самой вершины моего звука; а вот в этом маленьком снаряде — много музыки, отличный голос; однако вы не можете сделать так, чтобы он заговорил. Чёрт возьми, или, по-вашему, на мне легче играть, чем на дудке? Назовите меня каким угодно инструментом, — вы хоть и можете меня терзать, но играть на мне не можете". — Акт 3, сцена 2