Ответ:
Гринёв, я перешёл на сторону Пугачёва, потому что испугался за свою жизнь. Мне казалось, что, примкнув к победителям, я смогу сохранить свободу и положение. Я говорил себе, что выбора у меня не было, но это неправда: я мог поступить иначе. Страх не оправдывает ни предательства присяги, ни моих поступков по отношению к Маше. Я выбрал выгоду и спасение себя, а не честь. Теперь мне трудно убедить даже самого себя, что я поступил правильно.
