Размышляем о прочитанном. 3. Жуковский признавался: «Я часто замечал, что у меня наиболее светлых мыслей тогда, как мне удобно импровизировать в выражение и в дополнение чужих мыслей. Мой ум — как огниво, которым надобно ударить об кремень, чтобы из него выскочила искра. Это вообще характер моего авторского творчества: у меня почти всё или чужое, или по поводу чужого — и всё, однако, моё». Замечали ли вы эту особенность поэта? В каких произведениях?

Да. Жуковский нередко обращался к уже известным сюжетам и произведениям, но придавал им собственное настроение и художественное звучание. Это видно в «Светлане», созданной по мотивам немецкой баллады Готфрида Августа Бюргера «Ленора»: поэт изменил трактовку сюжета, связал его с русскими обычаями и завершил историю благополучно.

Переосмысление чужих сюжетов заметно и в других балладах Жуковского, например в «Людмиле», также связанной с «Ленорой», и в «Лесном царе», написанном по мотивам баллады Гёте. Заимствованный источник становился для поэта поводом создать самостоятельное произведение.